У Филиппа Киркорова в этом году сплошные юбилеи! Ему самому — 55, сыну Мартину — 10, отцу Бедросу — 90. Только успевай отмечать.
А ведь еще и летний гастрольный тур по южным курортам никто не отменял. Словом, жизнь у короля российской поп-музыки кипит!
— Филипп, наделали же вы шума своим юбилейным шоу в Кремле! Прошло уже почти три месяца, а вам все простить не могут танца на кресте, просят анафеме предать!
— Да, теперь надо замаливать свои грехи с крестом, решить проблемы с епархией, чтобы она меня простила и больше не ругала за то, что я как-то не так представил образ Богоматери на своем концерте. Я поэтому даже включил в свою программу «Оду к радости» (прежде пела Алла Пугачева. — Ред.). Там такие есть слова: «Радуйся, радуйся // Силу несущему // Свету весеннего дня. // Радуйся, радуйся // Хлебу насущному, // Что подарила земля». Хочу этими словами со сцены доказать свою истинную любовь к Господу нашему.
«ДОЛЬЧЕ И ГАББАНА Я ПОСЛАЛ ПОДАЛЬШЕ!»
— Песни новые в ваших программах появляются, а старые костюмы исчезают. Говорят, с давними друзьями «Дольче и Габбана» вы вдрызг рассорились?!
— Я послал их, они меня достали, потому что ведут в нашей стране себя неправильно. Сказал, что прекращаю с ними всякое сотрудничество раз и навсегда, все! (Dolce & Gabbana, как и многие люксовые марки, после начала специальной военной операции ушли с российского рынка. — Ред.).
— А ведь было время, когда вы регулярно посещали показы этой знаменитой люксовой марки в Италии и получали поздравления с днем рождения лично от Доменико Дольче и Стефано Габбана. Теперь что же, всю созданную ими одежду придется продавать на каком-нибудь аукционе?
— Зачем? Слишком много души вложено в каждый мой образ! Вот, например, моя любимая мантия с короной — покупал ее за 280 тысяч евро. А лет через 20, глядишь, костюм уже будет стоить и все 2 миллиона — вот тебе и выгодное вложение. Меня уже, может, на свете не будет, а дети продадут и пожертвуют потом эту сумму на благотворительность.
— Но ведь многие люди смеются над всеми этими коронами, перьями и блестками!..
— Помню, как гуру моды Алена Долецкая критиковала меня и говорила: «Ты одет как из недорогого привокзального берлинского порномагазина!» Хотя я до сих пор не могу понять, почему именно из Берлина, там есть города, где все покруче с этими делами обстоит, — Франкфурт-на-Майне, например, Гамбург… После такой критики и началось мое увлечение фэшн-индустрией, которое стоило мне огромных денег!
— Не обижаетесь, когда за экстравагантный вкус вас порой фриком называют?
— В последнее время, когда начались определенные события, меня в социальных сетях часто называют клоуном. Люди думают, что этим оскорбляют меня. Какая глупость! Нет, они меня, наоборот, этим окрыляют! Да, я клоун, не стыжусь этого — грустный, веселый, разноцветный, пестрый! Разный! Моя бабушка — цирковая артистка, я все детство провел за кулисами цирка. Что же тут плохого?!
«С МАЙКЛОМ ДЖЕКСОНОМ НА ОДНОЙ СТУПЕНИ»
— А вы кому-то подражали в этой своеобразной манере одеваться и подавать себя, когда делали первые шаги на сцене?
— Самым первым образцом для подражания стал для меня Элвис Пресли. Причем началась эта любовь еще в детстве, когда в начале 1970-х папа откуда-то с гастролей привез невероятный золотой двойной альбом. Я, конечно, сначала клюнул на красивую картинку. Просто это все, блестящее и яркое, уже тогда любил, поскольку, как уже говорил, моя бабушка из цирка, мы в гости к Любови Орловой ходили… Потом уже услышал музыку. Когда же посмотрел видео, то понял: это мой герой!
А спустя несколько лет бабушка в каком-то болгарском журнале нашла фотографию Майкла Джексона, который в ту пору только выпустил свой первый альбом. И она сказала: «Смотри, как этот парень похож на тебя!» С годами выяснилось, что я не только похож на него внешне, но и талантом стою с великим Майклом практически на одной ступени… А свой стиль я стал формировать благодаря Либераче (в 1950-1970-е годы самый высокооплачиваемый артист в мире. — Ред.). Он меня добил своим ярким сценическим имиджем!
— Мне кажется, по части смелых образов вы его давно переплюнули! Но только ли ради вечного шоу все эти невероятные наряды нужны?
— Для меня лично шопинг — большое удовольствие. Я ведь многие коллекции первых линий знаменитых домов моды покупаю прямо с подиума. Артист должен каждый раз появляться в новых костюмах. Не в моих традициях приходить на съемку программы в вещи, которую зрители уже раньше видели. Люблю удивлять и, возможно, поэтому столько лет популярен на эстраде: даю людям возможность обсудить меня, мой внешний вид, костюм, песню. Но все это стоит денег. Да и квартира на Таганке в итоге превратилась просто в склад вещей. Причем на 90 процентов одежда там новая, с бирками, от потрясающих дизайнеров, вещи которых практически невозможно купить… Но при всем этом публичное одиночество артиста часто не дает ему возможности стать самим собой, раскрыться перед теми, кого уважаешь и кому доверяешь. Возможно, яркая одежда — это такая раковина, куда я сознательно ухожу. Ведь доверять кому-то сегодня я уже перестал, к сожалению. Те, кого считал друзьями, отреклись от меня… Хотя с заклятыми врагами я помирился. С Тимати, например.
«Я НЕ ЛЫСЫЙ!»
— Зато чувство самоиронии с годами у вас стало сильнее!
— А она очень помогает не забронзоветь! Мне с детства нравилась песня из старого спектакля Театра сатиры с такими словами, которые я взял для себя девизом: «Пускай капризен успех // Он выбирает из тех, // Кто может первым посмеяться над собой…»
— Вы даже про изъяны своей фигуры говорите смело!
— Я не справился с искушением кока-колой, с искушением бигмаком, потому что хочу хорошо прожить эту жизнь и пожрать от души, получить удовольствие. Без еды я чувствую себя полной тряпкой — у меня нет энергии. И мне ее запасы надо пополнять. Хотя, когда нужно срочно похудеть — к юбилею, программе, клипу, — есть у меня свои средства, которые я эффективно применяю так, что через неделю меня никто не узнает. А сейчас у меня лето, и я имею полное право отпустить себе животик — набить, нажрать и напить.
— Вы осторожнее, а то Басков потом язвить будет. Кстати, в любви к яркости он от вас несильно отстает!
— Помню, как я решил поработать в формате минимализма, а Коля как раз готовился к шоу «Император». Тогда даже мои интеллектуальные друзья в глаза мне говорили: «Здорово, Филипп, здорово!», а за спиной шептались: «Басков, конечно, вложился!» И так я понял, что не готов в 55 лет переучивать зрителя, который привык к моей яркости. Я просто стал заложником образа, покупая дорогие костюмы, реальные короны. А к простоте людей пусть приучают другие артисты, которые выходят на сцену без шоу: Григорий Лепс, Валерий Меладзе. Они прекрасно себя чувствуют в строгом классическом костюме.
— Басков называет себя «натуральным блондином», а вы же теперь не стесняетесь своей седины…
— Теперь это мой натуральный цвет, ничего красить не надо. Хотя такой опыт у меня был: 20 лет назад для съемок клипа «Огонь и вода» я был беленький, крашеный. Иногда меня спрашивают, не хотел бы я добавить в цвет волос немного голубого, но, по-моему, это слишком по-тинейджерски. А вот о розовом я думал — решил полюбить этот цвет. (Улыбается.) Если же говорить серьезно, то меня задолбали все эти разговоры о том, что я якобы абсолютно лысый, что у меня нет волос. Когда с Давой мы снимали клип на песню «Ролекс», мне сделали дреды. Причем такие, что оторвать их можно было только с собственными волосами. Я решил, что пусть отрастут и тогда я их состригу. Отрастали волосы месяца три. Я вернулся в Москву, начались новогодние съемки. И когда с меня сняли эти дреды, то на голове был ужас — считай, ничего не было. Тогда я решил все сбрить и отращивать свои настоящие волосы и теперь наслаждаюсь переменами!
