Большинство людей знают этого артиста как Гошу Куценко, и далеко не все догадываются, что Гоша — это псевдоним, а по паспорту он Юрий Георгиевич…
Читайте МН в TELEGRAM ДЗЕН
Возраст уже солидный, можно и по имени-отчеству. Тем более что в его творческом багаже — больше 200 ролей в кино и сериалах!
А еще Куценко играет в театре, а еще — пишет песни к фильмам и не только. И у него даже есть своя музыкальная группа «ГК», с которой артист выступает с концертами на кинофестивалях и много где еще. В общем, ему точно есть что рассказать о себе и своей разнообразной деятельности. И когда у нас появилась возможность об этом расспросить, мы не могли этим не воспользоваться.
ТРУДНЫЕ СКАЗКИ
— Юрий Георгиевич, в каких проектах вы сейчас заняты?
— Сейчас я снимаюсь в сказке «Колобок». Играю Волка. У меня сложный костюм, а недавно мы снимали сцену с драками и боями. Было непросто… Еще я задумал один сценарий: хочу снять кино о музыкантах. Тайны не выдаю, но поверьте мне, что будет интересно. Это забытая группа из 90-х годов. У них была гениальная музыка, надеюсь, что она возродится и зазвучит с новой силой. Потому что энергия рока — это энергия жизни. По крайней мере, у меня так складывается. Я сам родом из 90-х, взрослый дядя. Но рок, как мне кажется, — сердцевина всей музыки на Земле.
— Но давайте сначала о сказках. Сейчас этот жанр стал очень популярен, снимается много картин. Вам нравится участвовать в таких фильмах?
— Сказки же делают для детей, поэтому, конечно, нравится. Но это технологичный продукт: он очень сложен в производстве. Поэтому сказки требуют больших бюджетов, и они же — рекордсмены по сборам. В «Колобке», как я уже сказал, у меня есть сцена с боями. Вчера, например, мы сняли 40 секунд экранного времени, а ушло на это с репетициями 12 часов. Рядом даже дежурила машина скорой помощи. А еще до этого несколько месяцев готовились к этим сценам. На площадке при этом работает сто человек: снимаем в лесу, в болоте, в дождях. Киношники — это герои!
О СТРАШНОМ И СМЕШНОМ
— А раньше у вас были когда-то такие же сложные роли?
— Роль Волка — она прикольная и веселая, но и сложна физически. А я уже, к сожалению, не тот, что был лет двадцать назад. (Улыбается.) Я уже такой матерый волк, а не тот волчара, которым был в молодости, а то бы легко все исполнил. У меня за плечами — 35 лет в кино и множество экшен-фильмов, в том числе и с боевыми сценами, где были драки, трюки и где делали все сами. Но сейчас меня уже догоняет пенсия.
А самая сложная роль — та, которая мне не далась. Мы сняли недавно пилот (пробный ролик, который снимают для того, чтобы показать телеканалу или онлайн-платформе. — Ред.) одного сериала, я постесняюсь сказать название. Я играю в комедии полицейского, который из любви к профессии сошел с ума. А комедия — это самый сложный жанр. Причем половина моей жизни в кино и в театре состоит именно из него. Но еще сложнее в комедии сыграть человека, который сошел с ума…
В общем, мы сняли пилот. Продюсеры посмотрели и сказали: «Нам не смешно, а страшно». Поэтому мы сейчас думаем, как можно все исправить… Вот это пока самая сложная роль. А так мне все по кайфу!
Профессия позволяет остаться на плаву. Если я устаю в кино, то меня ждет театр, в котором я благополучно состарюсь. И омолаживает меня музыка: я недавно выступал и плясал больше часа вместе со своей группой «ГК». Мне кажется, что в этот момент я сам себе завидовал. (Улыбается.)
Что еще из сложного? В проекте «Скорая помощь», в котором я снимаюсь очень долго, есть непростые моменты, еще и физически сложные, когда ты, например, имитируешь попытку запустить остановившееся сердце пациента…
ОПЕРАЦИЯ НА СВЯЗКАХ
— А почему вы песни стали петь?
— Вы знаете, еще в театральном институте у меня был комплекс неполноценности — считал, что у меня нет голоса. Я сам стал учиться играть на фортепиано, сам стал сочинять песни. Мне не хватило смелости петь чужие — мне казалось, что я безголос. Но я вам скажу, что терпение и труд все победят. Постепенно мы с друзьями сделали музыкальную студию, делали ремиксы на композиции, в том числе и для группы «Агата Кристи». Так прошли 90-е годы…
Я очень плавно входил в музыку. Написал несколько песен для кино. Потом познакомился с музыкантами из Новосибирска и стал играть с ними. Потом попал в мюзиклы «Метро», «Пола Негри», где работал с самыми крутыми певицами нашей страны. Я пахал, брал уроки вокала, много занимался. У меня была травма в детстве, и после этого остались узлы на связках. Пришлось сделать операцию, чтобы избавиться от них. Так у меня появился свой диапазон, и я наконец поверил в себя.
Потом у меня собралась своя группа «ГК». Вместе мы уже 15 лет. Некоторые мои музыканты иногда играют и с другими артистами, например, с Димой Биланом, и даже у Коли Баскова могут выступать (он, может, даже и не знает, что они мои). Музыканты «ГК» — мои самые близкие друзья…
— Не все знают о вашем увлечении музыкой…
— Я никогда не пиарил это. Точнее, пытался, но нас не особо брали на радио — многие считают странным, что известный актер еще и поет. И нас еще называют неформатными. Я даже хотел взять такое название — «Неформат», но оказалось, что оно уже занято другой группой… Мы в своей студии пишем музыку для фильмов и сериалов, в том числе и тех, где я снимаюсь. Я пишу сейчас в основном тексты, а раньше писал еще и музыку. Количество потихоньку переходит в качество, и за это время мы примелькались, нам стали доверять и выпускать на какие-то большие площадки. Мы ездим по кинофестивалям, потому что это — моя территория. Я ставлю условие, что не приеду, если мы не поем — и все соглашаются! (Улыбается.) Нет ничего прекраснее для драматического артиста, чем петь песни!
«АМПЛУА НАДО РАЗРУШАТЬ»
— А если вернуться к тому, что касается именно актерской работы: сложно найти свое амплуа?
— Это такая индивидуальная штука. И если ты попал на свою территорию, это счастье! Меня всегда «затачивали» под комедии. Но состоялся я сначала не как комедийный артист, так получилось… Кино — это вообще приключение, а не профессия. Ты можешь сыграть в одной картине, многие тебя запомнят и скажут спасибо за твою работу, потому что она кого-то вдохновила и помогла. А для чего еще тогда творчество?!
Но вообще я считаю, что амплуа надо разрушать. Как только оно сложилось, твоя профессия закончилась. Я так однажды разрушил стереотип о ролях, в которых могу играть. После участия в «Параграфе 78» был в отличной форме и «выдавал» долгое время «крутого парня». Но пришел Ренат Давлетьяров и сказал: «Давай ты сыграешь у меня в фильме «Любовь-морковь»! И мы это сделали.
Это был один из первых семейных комедийных фильмов с хорошими результатами проката. Тогда такое практически не снимали. Потом мы сняли еще три части — и они тоже были успешными. Считаю, что артист должен прислушиваться к себе, к своей интуиции и доверять себе!
